До чего же приятно снова оказаться в Голландии. Несмотря на дождь, тряску при посадке, паспортный контроль и проверку багажа (ага, в этот раз ко мне отнеслись по-королевски, проверив все, что можно), кайф от того, что я снова приехал сюда, ничуть не слабее.
За те – сколько уже? – в общем много раз, что я бывал здесь, я перестал чувствовать себя туристом, и даже неказистая бетонная коробка Айбиса (а что вы хотите, bed & breakfast, no frills!) показалась чуть ли не родной. Думаю, что еще немного, и я напишу тут, что полюбил это место и все, что в нем: начиная от покосившихся пряничных домиков до холодного моря, унылого плоского пейзажа и чуднóго языка (пьяный немецкий француз пытался говорить по-английски). Люблю сдержанный пофигизм ее жителей, их самодостаточность без снобизма и свободу без вседозволенности. Жалко, что от Австралии так далеко.
Мы вообще тут как-то подумали, что на старости лет купим себе квартирку где-нибудь на Haarlemmermeer, и станем приезжать на месяц другой в июле-августе, когда в Австралии холодно и противно. Осталось только дожить и разбогатеть.
Одним словом, этот текст вполне мог бы быть восторженной сагой про то, как хорошо на свете (в частности, в Голландии) жить, если бы не одно обстоятельство.
Соотечественники.
Блин, меня тошнит от соотечтественников. Я мечтаю уехать от них навсегда, поменять фамилию и не признаваться откуда я родом. Но обо всем по порядку.
В убитом на всю голову аэропорту Шереметьево... Я, кстати, счтитаю это место самой жуткой дырой на свете, причем даже не столько из-за убогости второго терминала, сколько из-за идиотской организации работы, автором которой вполне мог был полный имбецил с необратимым поражением мозга, и строительство третьего терминала, сколько бы там еще ни отравилось узбеков, не поможет...
Так вот, в убитом на всю голову аэропорту Шереметьево началась регистрация на рейс до Амстердама. Стойка 22-23, «праайдите пажалста». Поскольку народу был почти полный тристадвадцатый, образовалась здоровенная очередь, притом, что регистрация велась всего на двух стойках, одна из которых – бизнесс-класс. Поскольку вскоре стало ясно, что так мы вообще никогда никуда не улетим, стали регистрировать и там «ну праахадите, ладна...». Впрочем, на скорость продвижения очереди это никак не повлияло.
На соседних стойках проходила регистрация на рейс до Баку. Стойки 19-22 – аж четыре штуки. За каждой из них мучительно скучающая мадам: пассажиров было от силы человек пять на весь рейс.
Непосредственно за мной в очереди расположилась группа товарищей. Два уголовного вида мужика и тетка, непрерывно и громко разговаривающая по мобильнику с разными людьми. Каждый разговор вращался вокруг миллионов долларов, того факта, что они скоро вылетают в Амстердам, и уточнений, действительно ли у отеля пять звездочек.
Передо мной внезапно образовались четверо бизнесменов лет под шестьдесят каждый, с таким видом, будто они всегда тут стояли. Парень стоящий рядом попробовал было напомнить, что это очередь, конец которой не здесь, но не удостоился ответа. Стоим дальше.
Прошло минут сорок. Вконец окосевшая от скуки дама в Баку наконец провозгласила: «Ну кааму тут в Амстердам, давайте...» Часть очереди ринулась к ней. Ринулся и я. Передо мной оказалась некая девушка вполне европейской наружности, престарелые бизнесмены и какая-то тетка. Вдруг на соседней стойке дама тоже решила немного поработать и жестами стала зазывать к себе клиентов. Бизнесмены свалили к ней. Девушка сделала несмелый шаг к стойке.
Вдруг на крейсерской скорости, отпихнув тетку в сторону и проехавшись девушке по ногам тележкой с чумаданами, к стойке прорываются те трое с пятизвездочным отелем впереди. За ними следуют еще трое прикинутых «девачек», которые оказывается тоже с ними, на ходу закидывая даму на регистрации паспортами.
Стонущая девушка начинает возмущаться, насколько позволяет болевой порог, но остается в игноре. По ходу выясняется, что вся компания летит из Бугульмы через Амстердам транзитом аж до Вашингтона. В этот момент тетка произносит шикарную фразу: «Ну что же делать, им вон куда лететь...»
Страшнее соотечественников в естественной среде обитания только соотечественники на пути из Бугульмы в Вашингтон. Или просто соотечественники за границей (сколько же их в Амстердаме!).
Но сильнее всего бесит совсем не это. (Что мы понтов мало видали? У нас вообще все состоит главным образом из понтов, начиная от приснопамятных красных пиджаков и кончая новым дурдомом стоимостью 12 миллиардов). Сильнее всего бесит то, что основное большинство населения относится к ним с поддержкой.
Я думаю, что в любой стране есть группа людей, считающих, что общие правила каким-то образом не относятся к ним лично. Но во-первых, как правило это либо небольшая группа влиятельных политиков самого высокого ранга, либо кучка каких-нибудь совсем уже мафиозных авторитетов. При этом, население en masse с той или иной интенсивностью с этим если не борется, то во всяком случае не поддерживает. У нас же такие вещи встречают полное понимание: «ну что ты хочешь, он же мент...», «ну а как ты хотел, это же мерс...» Так что с одной стороны правила перестают действовать на самом минимальном уровне власти (сложнее всего бывает добиться нужного результата от дядьки-сторожа, которому доверили ключ от какой-нибудь маленькой двери общего пользования), а с другой стороны люди иначе себе этого и не представляют.
Причем, было бы понятно, если бы это был страх. Тогда бы работал принцип «не высовывайся» -- тоже отличительная черта русского народа, старательно выпестованная столетиями правления разного рода тиранов и тиранчиков. Но в реакциях на отморозков с деньгами чувствуется здоровое уважение, иногда граничащее с почтением.
Почему? Да потому, что большинство населения нашей необъятной, потирая отдавленные места и уворачиваясь от очередного придурка на дороге, считающего, что приоритет имеет более дорогая машина, на его месте повели бы себя точно так же. Более того, разница между тем, кто сидит в «мерине» и тем, кто парится в «копейке» по большому счету сводится лишь к тому, что у первого УЖЕ ЕСТЬ возможность плевать на всех, а второй МЕЧТАЕТ ЕЕ ПОЛУЧИТЬ. И богатых у нас ненавидят совсем не за то, что они якобы что-то там у государства украли (кто не воровал у государства, будь на то возможность – и уж тем более мифические «недра», которые сродни бездонным закромам родины?), а
только и исключительно из зависти.
Конечно, наверное не все русские такие. Мой коллега Е. вообще как-то под мухой доказывал мне, что я совершенно не знаю и не понимаю русский народ, что это замечательные, добрые, талантливые и трудолюбивые люди, которым не очень везет в жизни, но они не отчаиваются.
Может быть, мы в разных странах живем?
Впрочем, я согласен, что отдельные представители русского народа именно такие. Но в массе своей, глядя на русский народ, я вижу лишь ленивое, обожающее халяву нечто, постоянно нуждающееся в том, чтобы думали за них и вели их «железной рукой» (отсюда и невероятная популярность Иосифа Виссарионовича и его идейных последователей в народе). Остается добавить к этому синдром бедных людей, в одночасье и без усилий ставших богатыми и нарциссическую мечту о собственной богоизбранности и исключительности, и картина будет полной.
Может быть, я не прав. Может быть, я все преувеличиваю. Вполне может быть, что я и сам такой в глубине души, оттого и злюсь. Может быть через несколько поколений все изменится, и мы станем цивилизованными, добрыми и сильными людьми, самодостаточными без жлобства и великодушными без снисходительности. Более того, молодое поколение уже немного отличается от «бизнесменов» под шестьдесят, конечно не все и едва заметно, но все же. Поэтому все образуется, может быть.
А пока выдайте мне визу, пожалуйста.
Еду обратно в Москву -- сижу на полу в Скипхоле, жду посадки. Носит меня нелегкая по всей Европе -- был в Польше, был в Германии и вот теперь снова в своей любимой Голландии. На той неделе придется еще пилить в Лондон, а потом уже домой, домой...
